Становление международных валют: исторический опыт.

Государства, чьи валюты стали международными, всегда ориентировали свой внутренний и внешний денежный оборот на собственные национальные деньги, а не на какие-либо чужие расчетные и платежные средства. В частности, экспортеры требовали оплачивать вывозимые товары не иностранной, а своей отечественной валютой, тогда как импортеры старались рассчитываться этой же валютой за товары, закупаемые за границей. В противном случае, если для обслуживания внешней торговли используется только иностранная валюта, национальная валюта остается чисто внутренней и в международном плане никак себя не проявляет и проявить не может.

Большое значение имеет разветвленный кредитно-банковский механизм, причем обязательно с зарубежной структурой, который должен обеспечивать быструю и бесперебойную циркуляцию соответствующей денежной единицы в ходе выполнения ею функций международного расчетного, платежного и резервного средства. В свое время английские банки охватили заморскими отделениями весь мир, и до сих пор Лондон считается одним из крупнейших мировых финансовых центров. В настоящее время, когда ведущую роль играет доллар, очень высокий процент обслуживания международного валютного оборота сосредоточен в американских банках и в их учреждениях за рубежом.

Валюта, имеющая статус международной, должна обладать относительно большей устойчивостью как во внутреннем, так и во внешнем денежном обращении по сравнению с иными денежными единицами. Другими словами, у нее должен быть меньший процент инфляционного обесценения и более стабильный валютный курс. Определенное значение имеют также постепенно складывающийся международный престиж и историческая репутация валюты, когда мировым сообществом учитывается экономическое положение и валютная политика соответствующей страны на протяжении сравнительно длительных отрезков времени.

Думается, что исторический опыт становления международных валют должен учитываться, когда мы исследуем и оцениваем шансы продвижения той или иной валюты в мировой валютный оборот. Причем было бы весьма рационально не только рассматривать соответствующие условия умозрительно и концептуально, нотам, где это возможно, прибегать к помощи количественных критериев и параметров, которые дает в наше распоряжение современная статистика.

Опираясь на исторический опыт, мы, конечно, имеем основания говорить о том, что у евро есть шансы и определенные предпосылки, которые обещают в будущем достижение этой новоявленной денежной единицей статуса международной валюты. Но вряд ли это будет происходить гладко и согласованно. Наверняка будут идти подспудная конкуренция и борьба за это место, ибо доллар закрепился во всех возможных сферах и по всем возможным линиям валютного обслуживания, включая даже технические возможности, которыми евро еще не обладает. В этих условиях исторические параллели могут оказаться небесполезными для более правильной и обоснованной оценки тенденций предстоящего развития.

Что касается российского рубля, то, наверное, все согласятся, что у него шансы на превращение в международную валюту пока не просматриваются. Но об одном существенном аспекте все-таки стоит упомянуть. Ведь наряду с международными валютами в мировой валютной системе существуют региональные валюты, которые обеспечивают специфические интересы взаимного валютного оборота стран-участниц. Речь идет о валютных группировках типа стерлинговой зоны или зоны французского франка, да и евро представляет собой региональную валюту, сформировавшуюся в ходе взаимодействия национальных валют ряда стран Западной Европы. Вот здесь какие-то шансы у рубля могут быть. И если сосредоточить внимание на проблематике формирования именно региональных валют применительно к России и ее окружению, можно выйти на вполне реальные и работоспособные суждения и предложения по этому вопросу. Тем более что, как опять-таки показывает исторический опыт, региональные валютные группировки и региональные валюты не являются результатом стихийного развития, а возникают скорее по воле и взаимной договоренности участников.

С. Борисов