Отношения Швейцарии с Евросоюзом.

Швейцария является ближайшим соседом Евросоюза не только географически, но и с точки зрения истории, культуры и экономики. Свыше 800 тыс. граждан стран - членов ЕС живут и работают в Швейцарии. Более 2/3 объема ее внешней торговли приходится на страны Евросоюза. Но, несмотря на всесторонние тесные отношения с Евросоюзом, Швейцария не спешит вступать в ЕС, и для этого имеются веские причины.

Во-первых, в случае интеграции Швейцария утратит свой традиционный нейтралитет, вынуждена будет отменить банковскую тайну, ликвидировать благоприятный налоговый режим и отказаться от многих других преимуществ, которые на протяжении длительного времени способствовали успешному развитию экономики, процветанию и росту благосостояния народа. Швейцария опережает еврозону по многим экономическим и финансовым показателям, в т.ч. по темпам экономического роста (1,9 в Швейцарии и 1,3% в еврозоне) и уровню инфляции (1,8 и 2,5% соответственно). По мнению швейцарских экспертов, при вступлении в ЕС Швейцария станет «чистым донором» европейской казны.

Во-вторых, отсутствует согласие между станами - членами ЕС по ряду принципиально важных вопросов (гармонизация налогов, единая конституция и др.). Все большую озабоченность вызывают повышение социальной напряженности и демонстрации с применением силы, имевшие место во Франции, Бельгии, Германии, Венгрии.

Позицию Швейцарии по вопросу вступления в ЕС выразил председатель совета управляющих Национального банка Швейцарии Жан-Пьер Рот (Jean-Pierre Roth), выступая в Нью-Йорке: «... Мы не являемся членом Европейского союза, и я не предвижу, что Швейцария присоединится к нему в ближайшем будущем. Швейцарский народ настроен скептически в отношении эффективности Союза и ясно осознает, какие потери он понесет в плане политических прав и экономической свободы в случае интеграции».

Что касается швейцарского франка, то власти Швейцарии намерены и в дальнейшем использовать его в качестве официальной валюты. Привязка франка к евро не только означала бы утрату Швейцарией валютной независимости, но и привела бы к другим негативным последствиям, в частности, к повышению процентной ставки до европейского уровня. Поскольку более высокие процентные ставки означают удешевление активов, снижение уровня капиталовложений и повышение ставки ипотечного кредита, правительство вряд ли откажется от национальной валюты, так как плавающие курсы обмена валюты дают ему пространство для маневра, в котором оно нуждается.

Э. Сердинов