По тонкому льду экономической стабильности.

Мыльные пузыри эффективности экспорта.

Остановимся еще на одной диспропорции стратегического характера — разрыве между паритетным и официальным курсами рубля. Паритетный курс отражает соотношение покупательной способности разных денежных единиц. По официальным данным (2002 г.), для оплаты одинакового объема товаров требовался либо 1 доллар, либо 9,5 руб. Таким образом, экспортеры получают доход от оплаты рублями потребленных ресурсов по ценам, заниженным примерно в 3 раза, а предприятия легкой и пищевой промышленности переплачивают за импортное сырье в той же пропорции. Получается, что эффективность экспортеров тем выше, чем больше они недоплачивают поставщикам отечественных ресурсов. В свое время железнодорожники требовали оплаты за перевозку экспортных грузов в валюте. Их поправили, а для компенсации разрешили повышать плату за проезд в пригородных электричках, так как там действует перекрестное субсидирование.

На перекрестном субсидировании вырастает миф о высокой эффективности экспортного сектора. Экспортеров через курсовые ножницы дотирует весь народно-хозяйственный комплекс. К этой дотации следует приплюсовать «экономию» на геологоразведке, воспроизводстве инженерных сетей и другого оборудования капиталоемких сырьевых отраслей. Экспортные пошлины частично возмещают наносимый экономике ущерб, но никак не отражаются на балансовых показателях эффективности предприятий. У предприятий отраслей, ориентированных на внутренний рынок, применяющих импортное сырье и комплектующие, возникает необходимость каким-то образом компенсировать их завышенную стоимость и найти платежеспособных покупателей, получающих рублевую зарплату. Формальные показатели таких предприятий также далеки от реальных, но с другим знаком. При таком положении рассчитывать на перераспределение инвестиций из экспортного сектора в перерабатывающие отрасли наивно.

Над перекосом конкурентоспособности по-российски стоит задуматься перед предстоящим вступлением в ВТО. Общественность успокаивают утверждением, что Россия уже встроена в глобальную экономику, а цены на энергоносители удастся сохранить низкими. При этом не принимается во внимание, что отмена таможенных барьеров быстро устранит курсовую разницу и приблизит все российские цены к мировым. К тому же в дешевизне российских энергоносителей много лукавства. Дешевым в России остается пока только газ. Нефть и нефтепродукты при применении паритетного (эквивалентного) курса в 2—3 раза дороже, чем в Европе. Да и на газ неизбежно существенное повышение цен, чтобы не оставить страну без топлива.

Остается удивляться бесстрашию сторонников присоединения к ВТО при наличии таких проблем. Здесь проявляется та же порочность практики реформ - сначала прыгаем в воду, потом учимся плавать или тонем. В этой связи следует вновь повторить, что в народнохозяйственных прогнозах и в отраслевых стратегиях невозможно обнаружить оценку последствий присоединения к ВТО. Очевидно, что не только одряхлевшая обрабатывающая промышленность пострадает от такого шага, но и относительно благополучные экспортеры и находящиеся под тарифной защитой энергетики и железнодорожники.