«Электронные деньги» в поисках своей ниши.

Иллюстрацией того, что ограничения в использовании «электронных денег» возникают в первую очередь со стороны спроса на них, могут служить показатели использования соответствующих смарт-карт. В 2005 г. число эмитированных карт с функцией «электронных денег» в расчете на душу населения во многих европейских странах было достаточно велико. Так, в Бельгии оно составило 0,92, Великобритании - 1,16, Германии - 0,78, Италии - 0,06, Нидерландах - 1,09, Франции - 0,36, Швейцарии - 0,58. Однако далеко не все эти карты применялись для расчетов «электронными деньгами». Многие бельгийские банки, к примеру, выпускают свои дебетовые карты со встроенными функциями карты Proton. В результате, однако, из эмитированных ими в 2005 г. 9 617 тыс. карт с функцией «электронных денег» в таком качестве было использовано, по крайней мере, один раз лишь 2760 тыс. карт. Это означает, что в среднем каждая из них была задействована 37,0 раза, что было существенно меньше по сравнению с показателем 2002 г. (49 раз).

Еще больше разрыв между эмиссией карт с функцией «электронных денег» и их использованием в Нидерландах и Франции. Многие французские банки не только выпускали дебетовые карты со встроенными «электронными кошельками», но и в рамках программ по адаптации к евро бесплатно распространяли карты с функциями «электронных денег» среди несовершеннолетних граждан страны, поскольку несовершеннолетние могут быть пользователями «электронных кошельков», а держателями дебетовых карт — нет. В итоге в 2005 г. из 22 340 тыс. карт с функциями «электронных денег» во Франции было задействовано лишь 923 тыс. Соответственно, на одну такую карту пришлось в среднем 18,4 операции. Это почти на порядок меньше частоты использования французами дебетовых карт.

Трансформация различных систем «электронных денег» во Франции наглядно иллюстрирует процесс их «окукливания» и замыкания в определенных нишах. Следует отметить, что именно во Франции в 1992 г. впервые в общенациональном масштабе были введены микропроцессорные банковские карты. Однако это не привело к столь же быстрому распространению «электронных денег». Зато в конце 1990-х — начале 2000-х гг. здесь были предприняты попытки внедрения сразу трех систем - Modeus, Moneo и Mondex. К настоящему времени лишь Моnео играет сколько-нибудь заметную роль на французском рынке. Сфера действия остальных двух систем сузилась, что нашло свое отражение, в частности, в резком сокращении числа терминалов, принимающих к оплате карты e-money: со 105,8 тыс. в 2003 г. до 62,0 тыс. в 2005 г. Подобная тенденция была характерна и для ряда других европейских стран.

Причины относительных неудач с внедрением «электронных денег» в Европе некоторые эксперты видят в излишней жесткости правового регулирования их использования. В качестве противоположного примера приводятся два «азиатских тигра» - Гонконг и, особенно часто, Сингапур.

Действительно, еще В 2000 Г. Евро-парламент и Совет ЕС приняли две директивы (№28 и №46), нацеленные на защиту прав потребителя финансовых услуг. Последняя, в частности предусматривает, что эмиссия «электронных денег» должна осуществляться при получении эмитентом денежных средств в сумме не меньшей, чем эмитируемая денежная стоимость. Таким образом, в Европе «электронные деньги» должны быть предоплаченным платежным продуктом. Эти документы, по сути, закрепили монопольное положение в сфере эмиссии e-money за традиционными кредитными учреждениями и специализированными учреждениями «электронных денег». Эмитент, если это не банк, является объектом пруденциального надзора и ограничен в инвестициях. Центробанки стран ЕС вправе устанавливать резервные требования для всех эмитентов «электронных денег» и получать любую информацию, необходимую для проведения монетарной политики. Между тем, считается, что наибольшую активность в развитии систем «электронных денег» могли бы проявить организации нефинансового сектора, тогда как традиционные кредитные учреждения проявляют и в этом направлении присущий им консерватизм.

А. Ершов