Итоги транснационализации банковской системы Аргентины.

По состоянию на 1999 г. на долю иностранных банков пришлось примерно 46% депозитов и кредитного портфеля всей банковской системы, или 70%, если рассматривать только частные банки, т.е. за исключением государственных. В случае принятия решения о приватизации таких крупнейших кредитных институтов, еще находящихся под контролем государства, как Banco de la Nacion, Banco de Buenos Aires и Banco de la Provincia de Buenos Aires, политика оздоровления внутри-финансовой жизни за счет привлечения иностранного капитала приведет к логическому финалу — к закреплению лидирующего положения международных финансовых групп практически во всех сегментах банковского бизнеса страны.

Таким образом, ориентация на открытие внутреннего ссудного рынка с целью подключения к глобальным инвестиционным потокам выступала в качестве одной из основных составляющих неолиберальной стратегии Аргентины в 90-е годы. Ее преломление в банковской сфере выразилось как в массированном внедрении на аргентинский рынок новых, так и расширении позиций уже функционировавших здесь до кризиса 1995 г. крупных международных банков.

Основная направленность проводимой политики сохраняется и в последние годы. Только в начале 2000 г. два местных банка — Banco del Sequia и Banco Caja - перешли соответственно, в руки французского Credit Agricole и итальянского Sudameris. Более того, экспансия вступает в новую фазу, выражающуюся в частичном переделе сфер влияния, но уже между действующими здесь иностранными институтами. Об этом свидетельствует, в частности, покупка американским Bank of Boston филиальной сети действующего в стране Deutshe Bank. В результате этой операции Bank of Boston выдвинулся на 7-е место в списке крупнейших кредитных учреждений Аргентины.

В условиях сохранения отмеченных выше преобладающих тенденций вполне естественна постановка вопроса о результатах или последствиях для национальной финансовой системы проводимой официальными властями Аргентины политики. Среди основных задач, решение которых предполагалось ускорить в рамках транснационализации финансовых структур, можно выделить такие, как дальнейшая монетизация (капитализация) хозяйства; повышение уровня ликвидности и конкурентоспособности кредитных институтов; расширение каналов выхода страны на внешние рынки капитала; внедрение в практику новых, более эффективных инструментов мобилизации и распределения ресурсов; и ослабление проблемы финансирования реальной экономики; и др.

Говоря о степени результативности мер, предпринятых для решения указанных вопросов, можно отметить следующее. Во-первых, в рамках анализируемого периода кредитно-банковская сфера аргентинской экономики подверглась серьезной структурной перестройке, в том числе и благодаря ускорившемуся притоку иностранного капитала. В определенной мере она стала выступать в качестве амортизатора кризисных явлений, проявляющихся в мировой финансовой системе. Если в 1995 г. в результате мексиканских событий аргентинские банки лишь в течение нескольких недель потеряли 18% всех своих депозитов (почти 8 млрд долл.), то азиатский финансовый кризис, начавшийся в 1997 г., не обернулся шоковыми последствиями. Девальвация бразильского реала в январе 1999 г. также не привела к дестабилизации ссудного рынка, хотя на Бразилию приходится до 1/3 внешнего товарооборота Аргентины. Одним из показателей возросшей устойчивости стало увеличение, несмотря на негативное влияние внешних факторов, банковских депозитов. Они выросли с 52,8 млрд песо по состоянию на конец 1997 г. до 76,9 млрд в 1998 г. Восходящая динамика сохранялась и в
1999 — 2000 годах.

Во-вторых, кредитная система существенно укрепилась как в результате слияния мелких банков или их ликвидации, так и путем проведения политики, направленной на усиление позиций наиболее устойчивых и дееспособных институтов, уровень капитализации которых был повышен в том числе и за счет привлечения иностранного капитала.

О наличии определенных позитивных сдвигов свидетельствуют и следующие показатели: с 1991-го по 1998 г. объем кредитов, предоставленных частному сектору страны, увеличился с 10,9 млрд до 66,4 млрд песо (1 арг. песо = 1 долл. США).

В-третьих, приход на внутренний рынок крупных международных финансовых конгломератов, включая испанские Banco Santander, Banco Bilbao Vizcaya, британского HSBC и др., объективно стал фактором стабилизации кредитной системы и повышения уровня доверия к ней как со стороны населения, так и предпринимательских структур.

Н. Холодков