Иностранный банковский капитал в небольших государствах «старого» Евросоюза.

Для небольших государств — членов Евросоюза значительная роль на их рынке банков, контролируемых иностранным капиталом, представляет собой данность, порожденную условиями единого экономического пространства в рамках ЕС. Мощные банки более крупных государств-соседей, обычно близких с культурно-исторической точки зрения, часто рассматривают эти страны как естественное продолжение своего домашнего рынка. Таково, например, отношение испанских банков к Португалии, британских — к Ирландии, немецких — к Австрии, французских — к Бельгии и т. д. Схожесть языка, культуры, менталитета позволяет использовать апробированные на домашнем рынке маркетинговые технологии и сильно облегчает интеграцию банков в случае трансграничных слияний и поглощений, Вместе с тем размеры рынков небольших европейских стран затрудняют для них выращивание национальных чемпионов по образцу Италии или Франции. Соответственно, малые страны Европы должны строить политику, исходя из этой данности.

Можно выделить три основных подхода, которые легли в основу стратегии малых европейских стран в области продвижения иностранных банков на национальный рынок. Первый подход состоит в попытке помочь национальным банкам, несмотря на ограниченные размеры национального рынка, путем активного содействия их международной экспансии все же набрать критическую массу и тем самым затруднить их поглощение.

Иллюстрацией такого подхода было активное участие при поддержке своих правительств банков Австрии, Бельгии, Ирландии, Нидерландов и даже Португалии в приватизации банковских активов в странах ЦВЕ в конце 1990-х гг. В частности, австрийский Erste провел 8 сделок по поглощению банков в этом регионе, а бельгийский КВС — целых 16. В результате небольшие по мировым меркам австрийские Raiffeisen и Erste и бельгийский КВС стали одними из ведущих банков в этом регионе мира и сохранили свою самостоятельность. Десять крупнейших австрийских банков в последние годы получают 30—40% своей прибыли от операций дочерних структур в странах ЦВЕ; если к этой цифре добавить доход от трансграничных операций в этих странах, то результат почти наверняка превысит 50%.

Для малых стран Европы характерно активное использование в отношении иностранных банков регуляторных мер, увеличивающих степень локализации этих банков. Так, греческое законодательство требует, чтобы не менее двух членов руководящего органа банка были резидентами страны. Похожие требования существуют в Австрии, Финляндии и некоторых других странах.

Третий подход лег в основу политики северных стран. Исторически, начиная с
1920-х гг., эти страны характеризовались закрытостью своих банковских рынков. Вступление Дании в 1972 г. в ЕЭС сделало ее первой северной страной, разрешившей в 1975 г. вход иностранных банков. В Норвегии вплоть до 1985 г. действовало законодательное запрещение создавать филиалы и дочерние структуры иностранных банков. Аналогичным было отношение Швеции (до 1986 г.) и Финляндии (до 1979 г.). Затем, теоретически разрешив доступ иностранных банков, все северные государства запрещали создание иностранных банковских филиалов, настаивая на статусе дочерних банков. Лишь со вступлением Швеции и Финляндии в ЕС ограничения по поводу филиалов были сняты. Норвегия, не входящая в ЕС, также отменила их в 1994 г.9

Суть «северного» подхода состоит в том, что страны эгой группы создают, скажем так, общий рынок внутри общего рынка, т.е. форсируют объединение своих банков для достижения ими минимально необходимого для участия в международной конкуренции размера (пример тому — образование крупнейшего скандинавского банка Nordea путем слияния шведско-финского MeritaNordbanken, датского Unidanmarkn норвежского Christiania Bank). При этом северные страны аккуратно договариваются о распределении между собой разных подразделений возникающих единых банков: концентрации всего объема «дорогих» (например, управленческих) функций единого банка в одной стране не допускается. Можно предположить, что страны этой группы в наибольшей степени следуют принципу открытости «только для своих». Этим странам, несмотря на существующие между ними различия, комфортно вместе; они не относятся к банкам друг друга как к иностранным.

И. Розинский