Петербургская биржа в конце XIX в.

Последнее десятилетие XIX в. было отмечено заметными колебаниями цен на бумаги промышленных предприятий. Вначале цены этих бумаг повышались, что совпало с основанием многих предприятий, вызванных к жизни промышленным ростом страны: нужны были капиталы для образовывавшихся компаний и обществ, и капиталы эти легко находились. С одной стороны, высокая прибыльность российских дивидендных бумаг привлекала иностранных инвесторов; с другой стороны, и российская публика охотно снабжала предпринимателей своими сбережениями. Это было отчасти связано с тем, что в 1894 г., после конверсии ряда государственных процентных бумаг, население искало ценности более доходные, чем гарантированные правительством, отчасти же — и с тем, что мысль об участии в образовании предприятия соединялась с представлением о быстром обогащении и, нередко преувеличенной, ожидаемой доходности предприятия. Увлечение биржевой игрой побудило Министерство финансов принять меры к устранению этого болезненного явления, и публика неоднократно предупреждалась, путем правительственных сообщений, об опасности последствий азартного увлечения биржей.

В 1895 г. было сделано распоряжение, чтобы бумаги частных предприятий допускались к котировке не иначе, как с разрешения министра финансов. Кроме того, «в видах подавления спекуляции» с бумагами, выпускаемыми в обращение, при увеличении основных капиталов предприятий, Министерство финансов приняло меры к установлению повышенной оценки бумаг новых выпусков, с обращением излишка, составлявшего разницу между выпускной и нарицательной ценой, в средства предприятия. Меры эти, хотя и ослабили несколько ажиотаж, но полного успеха не имели, и повышательное движение всех без разбора ценностей прекратилось лишь тогда, когда общие неблагоприятные условия деятельности мирового денежного рынка ярко обрисовались.

Последовавшее понижение цен дивидендных бумаг приняло столь же резкий характер, как и предшествовавшее повышение. Если повышательная тенденция спекулятивного рынка первой половины 1890-х обусловливалась развитием промышленных сил страны и конверсиями, и приняла нежелательный оборот под влиянием биржевых увлечений, то и обратное движение, то есть падение курсов бумажных ценностей в конце десятилетия зависело, как сам отмечал С. Ю. Витте, от «естественной реакции, наступившей на рынке отчасти вследствие несоответствия цен бумаг их доходности, не только действительной, но и ожидаемой, отчасти же под влиянием неблагоприятных условий деятельности мирового денежного рынка и посредственных урожаев последних лет. Стремительный же характер этого движения был обусловлен искусственной игрой на понижение, связанной с принудительной продажею ценностей, приобретенных держателями их в долг, причем, биржевая игра придавала колебаниям цен размахи, не соответствовавшие действительному положению рынка».

Эти недочеты, по мнению министра финансов, обусловливались, в том числе, недостатками биржевого законодательства. Действительно, оно было далеко от совершенства. Еще в 1892 г. В. Т. Судейкин, написавший специальную работу, посвященную бирже, отмечал, что «биржевое законодательство в западно-европейских государствах подверглось коренным изменениям. Иначе и быть не могло, так как вековой опыт доказал бесплодность борьбы против биржевых операций. Ввиду чего едва ли совместно с достоинством законодателя и с потребностями общества оставлять такие пробелы в области биржевого законодательства, как у нас, поэтому несравненно было бы лучше выработать законодательство, с одной стороны ограждающее справедливые интересы общества, с другой непрепятствующее широкому развитию торговых оборотов».

Л. Бородкин