Концепция биржевизации.

Вопрос о целесообразности национализации и, соответственно, о преимуществах либо недостатках государственных банков по сравнению с частными выходит за рамки нашей работы. Что же касается выбора между вторым и третьим решением, то, как представляется, оптимальный для страны выход заключается не в том, чтобы передать собственность на системно важные банковские активы от «плохих» собственников (условно — олигархов, владеющих банковскими и промышленными активами) «хорошим» (условно — иностранцам), а в том, чтобы исключить полное подчинение системно важного банка иным, небанковским интересам (или интересам банковским, но внероссийским). Особого внимания здесь заслуживают отмеченные выше ограниченность в банковской сфере суверенитета акционеров и нетождественность интересов банка и его собственника, будь то российская ФПГ или международная финансовая группа.

По мнению авторов программы «Национальная банковская система
2010—2020 гг.», принятой Ассоциацией российских банков в 2006 г., вывод банков на рынок IPO может обеспечить до 80% роста капитала банковской системы. В этой программе предлагается стимулировать российские банки к трансформации в ОАО и публичному размещению своих акций на фондовом рынке, что будет способствовать росту их капитализации и повышению прозрачности банковского бизнеса.

Надо сказать, что эта программа, хотя она и не свободна от традиционного протекционизма (требование ограничить долю иностранных банков на российском рынке 20% в период до 2010 г. и 30% — в период до 2020 г., при том что по состоянию на середину 2009 г. эта доля уже превышает 25%), «нащупывает» более современные механизмы защиты национальных экономических интересов. Так, при покупке иностранным собственником российского банка предлагается осуществлять согласование с центральным банком пятилетнего плана развития приобретаемого банка. Это очень хорошая идея; ее только надо освободить от ненужной (и противоречащей условиям ВТО) зацикленности на покупке банка иностранцами. Гораздо разумнее сделать критерием его размер и говорить о покупке контрольного пакета любого крупного российского банка новым собственником или группой связанных собственников. Элементами такого плана могут быть обязательства провести на российском фондовом рынке IPO приобретаемого банка в течение оговоренного срока (скажем, грех лет) либо передать этому банку полномочия головной структуры (хаба) по всей сети банка-покупателя в странах СНГ с размещением соответствующих функций в России.

Отношение к идее биржевизации разделило банковское сообщество; основная критика была направлена на предполагавшуюся принудительность выхода на IPO. При этом многие крупнейшие банки России в разное время заявляли о своем желании выйти на биржу либо по крайней мере в публичных комментариях не исключали такого развития событий. К их числу, кроме проведших IPO Сбербанка и ВТБ, относятся также УРАЛСИБ, Альфа-Банк, «Зенит», «Номос», Газпромбанк, Пробизнесбанк, Росбанк и др. У нас есть сомнение, что во всех названных случаях это говорилось искренне: если судить по практическим действиям, то для некоторых банков основным сценарием оставалась все-таки продажа иностранцам. Тем не менее сам факт того, что многие банки при определенных условиях не исключают для себя и сценария IPO, говорит о принципиальной возможности стимулировать их к действиям в этом направлении.

Это же касается и дочерних структур иностранных банков. С одной стороны, иностранные банки в России обычно стремятся к 100%-му контролю над кредитными организациями, которые они покупают. Это связано как с желанием избежать конфликтов с миноритариями на российском правовом поле, где иностранцы зачастую чувствуют себя крайне неуверенно, так и со стремлением видеть банк квазифилиалом. С другой стороны, когда после покупки контрольного пакета акций Росбанка тогдашнему главе Societe Generale Д. Бутону был задан вопрос о возможности проведения Росбанком IPO, он ответил, что такая возможность появится, «если развитие Росбанка будет соответствовать нашим ожиданиям». При этом он подчеркнул, что банки в Румынии и Чехии (два крупнейших банка из числа тех, что принадлежат Societe Generale в ЦВЕ) уже являются публичными компаниями.

И. Розинский