Курсовая динамика акций промышленных компаний на российском фондовом рынке в 1900-1914 гг.

Ведущим фондовым рынком в Российской империи на протяжении всего периода оставалась Санкт-Петербургская биржа, поэтому в дальнейшем мы рассматриваем курсы акций именно на Санкт-Петербургской бирже, на которую, по многочисленным свидетельствам, ориентировались другие российские биржи.

Согласно оценкам П. Грегори, авторитетного специалиста по экономической истории России, после 1880 г. Россия вошла в период т.н. современного экономического роста. Вторая половина 1890-х гг. отмечена в истории экономического развития России как время промышленного рывка. П. П. Мигулин отметил, что 1895-1898 гг. были годами наибольшего расцвета государственного кредита за границей, что отразилось на расценке русских 3-х процентных займов, которые иногда даже превышали расценку германских и прусских 3-х процентных консолей. Автор так описывает это время:

«Биржа была необыкновенно оживлена, подъем цен на все промышленные бумаги был чрезвычайный, в надежде чрезвычайных от них прибылей в будущем, обилие денег поражало даже опытных дельцов. В 1897 г. наш торговый баланс оказался в нашу пользу на сумму почти в 200 мил. руб., и это несмотря на огромный ввоз к нам машин и прочих орудий производства, обусловленный ростом нашей промышленности и носивший поэтому единовременный характер (будучи оплачен за счет притока в нашу промышленность иностранных капиталов). Росли цены на земли и на дома, повысилась предпринимательская прибыль, росли вклады в сберегательных кассах, росли вклады и в частных банках, которые спешили увеличить свои основные капиталы, увеличивались ресурсы банка государственного, с чрезвычайной легкостью размещались облигации ипотечных банков, начали обустраиваться заново города».

Последние годы XIX в. отмечены бурным ростом биржевых котировок. Из графика динамики курса 100-рублевой акции Брянского общества в последней половине 1890-х гг следует, что с января 1894 г. по февраль 1896 г. Брянская акция выросла в цене со 146 руб. до 545,5 руб., т.е. более чем в 3,5 раза.

Постепенное понижение размера процентов как по государственным, так и по частным гарантированными негарантированным правительством процентным бумагам с 6% до 4%, досрочный выкуп казною частных железных дорог освободили массу капиталов, которые были размещены в ценные бумаги и предприятия, дававшие процент выше приносимого государственными и частными бумагами.

Фабричная и заводская деятельность и торговля начали быстро развиваться, что привлекло и иностранный капитал. Всё это, как отмечает И. Б. Слиозберг, вызвало в России большой интерес к дивидендным бумагам, «к которым русские капиталисты и русская публика, получавшие прежде высокий процент по государственным бумагам, боялись прежде прикоснуться, относясь с подозрением к каждому предложению банка или банкира купить акцию или пай».

Этот интерес и потребовал организации специальных изданий, выпуска справочников о бумагах, находящихся в котировке. Интересно, что составитель такого справочника в 1896 г. пишет, что «интерес к дивидендным бумагам у нас существует, но правильно развиваться и утверждаться он вряд ли может, пока большинство у нас держится взгляда, что покупать дивидендную бумагу — значит играть в слепое счастье, значит только сорвать разницу, как будто при покупке дивидендных ценностей нельзя руководствоваться точными и разумными основаниями, как будто дивидендными бумагами можно только играть, а не помещать в них сбережения и капиталы.

Повышательная тенденция цен на все наши фонды в 1894 и до половины 1895 г., развившая у нас всюду биржевую спекуляцию — ещё больше, к сожалению, утвердила большинство в таком взгляде на дивидендные бумаги. Но это большинство и платилось своим карманом за такое отношение к делу, идя на встречу и доверяясь всяким нелепым слухам о тех или других акционерных предприятиях, акции или паи которых вращаются на бирже. Министерство Финансов приходило в данном случае на помощь этой несведущей публике, помещая статьи против той или другой тенденции фондовой биржи, указывая иногда и на самый характер цен некоторых дивидендных бумаг; но это делу мало помогало, потому что корень нежелательного ажиотажа лежал в том, что наша публика, наши банки теперь, когда интерес к дивидендным бумагам велик, не имеют достаточно данных, чтобы судить о состоянии того или другого акционерного предприятия».

Л. Бородкин