Законодательство США о ценных бумагах 1933—1934 гг.

Так или иначе, но уже в конце января 1934 г. комиссия Дикинсона представила президенту Рузвельту доклад, в котором содержались рекомендации по введению системы федерального регулирования операций на фондовых биржах страны. Стержнем этой программы была идея организации нового правительственного агентства, занимающегося исключительно вопросами рынка ценных бумаг и фондовыми биржами. Это агентство должно было действовать на постоянной основе, получив широкие полномочия по законодательству США, особенно в части установления и унификации норм и процедур, в соответствии с которыми будут осуществляться биржевые сделки с ценными бумагами.

Напомним, что брокер выполняет инструкции клиентов и не вправе устанавливать цены сам, без соответствующего поручения. Дилер торгует любыми ценными бумагами от своего имени и за свой счет. Специалист котирует ценные бумаги какого-то одного эмитента по поручению такого эмитента. Смысл запрета на объединение этих функций сводится к тому, что ставится препятствие участнику «фондового рынка искусственно манипулировать ценами в своих интересах. Предполагается, что в результате такого запрета брокер честно объявит, что он — именно брокер, и будет твердо придерживаться клиентской заявки. Дилер сообщит, что он — именно дилер, и заявит свои собственные цены. Специалист введет твердые цены продажи и покупки. В результате никто из них не будет "подставлять под рынок" наиболее удобную для него в данный момент цену сделки (например, в случае падения цен дилер уже не откажется от объявленной цены к не будет превращаться в брокера).

Другой подход к государственному регулированию биржевой торговли ценными бумагами отстаивали Б. Коуген, Т. Коркоран и Дж. Лэндис, которые, как мы отмечали выше, полугодом ранее участвовали в подготовке Закона о ценных бумагах, подписанного Ф. Рузвельтом 27 мая 1933 г. Разработанный ими на этот раз законопроект был внесен на рассмотрение в Сенат Д. Флетчером (демократ, штат Флорида) и С. Рэйберном (демократ, штат Техас) — в Палату представителей. Этот билль, который часто именуют законопроектом Рэйберна— Флетчера, предполагал (согласно ст. 8) введение запретов на искусственное установление цен самими сотрудниками бирж (так называемое манипулирование) или эмитентами (так называемая самокотировка) и на одновременное (согласно ст. 10) исполнение одним и тем же лицом функций брокера, специалиста и дилера. Статья 6 законопроекта Рэйберна — Флетчера предусматривала установление ограничения (введение так называемой "предписываемой маржи") на размер заемных средств, которые можно использовать для совершения сделок с ценными бумагами, — таковой не должен был бы превышать 40% стоимости сделки. Наконец, этот билль обязывал брокеров брать кредит для осуществления сделок только у банков — членов Федеральной резервной системы (ст. 7), а директоров, иных ответственных работников корпораций и держателей более 5% любого вида ценных бумаг данной компании — ежемесячно информировать Федеральную торговую комиссию о размерах своих владений и об изменениях в них (ст. 15).

В соответствии с законопроектом Рэйберна—Флетчера функциями регулирования вторичного рынка предполагалось наделить не отдельное агентство (как это предлагалось комиссией Дикинсона), а расширить полномочия уже существующего правительственного органа — Федеральной торговой комиссии. Согласно рассматриваемому законопроекту ФТК получала почти полный контроль над фондовыми биржами, которые обязаны были зарегистрироваться в ее юрисдикции и в дальнейшем подчиняться любым правилам и нормам, вводимым ею.

А. Комов