Законодательство США о ценных бумагах 1933—1934 гг.

Весьма внушительными были и дополнительные полномочия Комиссии. Так, силами своих сотрудников она имела право производить дознания и расследования любых обстоятельств корпоративной деятельности и направлять в Конгресс рекомендации относительно расширения собственных полномочий.

В целом же Закон о ценных бумагах и фондовых биржах 1934 г. явился логическим продолжением Закона о ценных бумагах 1933 г., как это и обещал президент Рузвельт. Этот акт обеспечил дальнейшую реализацию принципа раскрытая информации применительно к ценным бумагам, зарегистрированным на фондовых биржах США.

Закон запретил некоторые виды деятельности членов биржи, которые оказались в числе причин биржевого краха 1929 г. и которые вызывали наибольшую критику. Так, были объявлены незаконными все соглашения картельного типа для извлечения спекулятивного дохода в результате искусственного изменения цен.
С момента принятия этого акта любого брокера, иного сотрудника биржи или работника корпорации за использование в корыстных целях неравнодоступной (закрытой) информации при заключении сделок с ценными бумагами (insider trading) могли приговорить к весьма внушительному штрафу или отправить на несколько лет в тюрьму. Отныне владелец более 10% любого типа ценных бумаг, эмитированных данной компанией, обязан был зарегистрироваться и ежемесячно предоставлять Комиссии в лице ее регионального представительства информацию об изменениях в своих владениях.

Закон ввел запрет директорам, ответственным должностным лицам и крупным акционерам продавать акции своей компании в течение полугода после их покупки. Нарушение этой нормы влекло за собой передачу дохода, полученного от подобной сделки, непосредственно в распоряжение компании. Кроме этого, любой акционер мог начать соответствующий уголовный процесс против нечистоплотного должностного лица или крупного акционера, которые своей жадностью ставили под угрозу благополучие корпорации.

Все эти меры привели к резкому уменьшению спекулятивного тонуса американского рынка ценных бумаг, а Закон 1934 г., равно как и его предшественник, принятый годом ранее, вплоть до настоящего времени является мощным и эффективным инструментом регулирования таких сложных организмов, как фондовые биржи Соединенных Штатов Америки.

Главным компонентом Закона и основным инструментом, обеспечивающим его эффективное применение, стала Комиссия по ценным бумагам и фондовым биржам. Это независимое федеральное агентство было создано 2 июля 1934 г. в соответствии со ст. 4 Закона 1934 г. и приступило к работе 1 сентября.

До начала осени 1934 г. контроль над соблюдением условий Закона 1933 г. осуществлялся Федеральной торговой комиссией. Затем в соответствии с Законом 1934 г. все регулирующие прерогативы федеральных властей, затрагивавшие рынок ценных бумаг, перешли к Комиссии по ценным бумагам и фондовым биржам.

Эта Комиссия состояла из пяти человек, назначаемых сроком на 5 лет президентом страны с согласия Сената. Один из членов Комиссии ежегодно избирался ее председателем. Закон особо оговаривал, что не более чем три члена Комиссии могут бьггь сторонниками одной политической партии. Первым председателем Комиссии по ценным бумагам и фондовым биржам стал
Дж. Кеннеди, отец будущего президента Дж. Ф. Кеннеди. О политическом облике и моральных качествах первого главы Комиссии говорили разное, однако мало кто в Америке 1930-х годов ставил под сомнение его компетентность как финансиста. Показательно, что и в дальнейшем среди членов Комиссии было невозможно встретить карьерных чиновников или лиц, чем-то проштрафившихся в вашингтонских коридорах власти. Наоборот, хорошим тоном при назначениях стало выдерживание такой пропорции: три "практика" (финансисты и юристы) и два "теоретика" (профессора экономики и права из Гарварда, Принстона или Колумбийского университета).

А. Комов