Российская судебная практика разрешения корпоративных споров с участием компаний и граждан из "недружественных" стран обогатилась новым кейсом - суд решил исключить из числа акционеров российского общества мажоритария, зарегистрированного в таком государстве, поставив во главу угла именно это обстоятельство.

В отличие от ситуаций с обществами с ограниченной ответственностью, правоприменительная практика по искам об исключении акционеров не устоялась, не разъяснена на уровне высшей судебной инстанции, но в общем и целом суды исходят из того, что аргумент о "недружественности" является вторичным. Основное же условие для удовлетворения требования об изгнании - то, что ответчик грубо нарушает корпоративные обязанности, что его действия или бездействие влекут невозможность осуществления обществом хозяйственной деятельности либо ее существенное затруднение.

В рассматриваемом же случае, как констатируют опрошенные "Интерфаксом" эксперты, довод о "недружественном" происхождении акционера стал ключевым, а факт реального ущерба не устанавливался.

Не проявляет интереса к судьбе общества

В январе 2025 года бессменный гендиректор АО "Г.М.Проект-Рус" Алексей Топников и Анна Муратова, владеющие по 25% акций, обратились в Арбитражный суд Москвы с иском об исключении из числа акционеров общества чешской G.M.Рroject s. r. o., имеющей 50%. Обосновывая свой иск, они прежде всего обратили внимание суда, что G.M.Рroject с 2018 года "не осуществляет обязанности участника общества и не проявляет заинтересованность к судьбе общества, в том числе не участвует в общих собраниях". В результате заблокированы все виды решений, в том числе следующие "ключевые для деятельности общества": избрание и прекращение полномочий единоличного исполнительного органа, изменение устава и реорганизация.

Еще один аргумент истцов заключался в том, что деятельность "Г.М.Проект-Рус" существенно затруднена контрсанкционными ограничениями из-за присутствия "лица из недружественного государства" в составе акционеров. "Общество существенно сковано в своей предпринимательской деятельности и не имеет возможности заключать сделки с рядом ключевых контрагентов, так как последние расценивают общество как контролируемое лицом из недружественного государства и отказываются сотрудничать ввиду опасений относительно необходимости одобрений или иных сложностей", - говорится в материалах дела. В качестве подтверждения этого довода упоминаются письма НАО "Северная звезда", ООО "Альтовент", ФГБУ "Информационно-методический центр по экспертизе, учету и анализу обращения средств медицинского применения", ООО "Фибрасофт", а также отказы банков в предоставлении гарантий.

G.M.Рroject "в лице своих акционеров публично поддерживает вооруженные силы Украины", пишут истцы, подчеркивая тем самым, что "недружественность" этой компании, в отличие от многих других, продолжающих бизнес в России, не формальная, а самая настоящая.

Топников и Муратова также отметили, что чешская компания не участвует "в формировании имущества общества и в его финансировании". "G.M.Рroject фактически прекратило свое участие в деятельности общества, официальный сайт не указывает АО "Г.М.Проект-Рус" в качестве своей дочерней компании, наличествуют ссылки только на компании из Чехии, Словакии, Латвии и Литвы", - излагается содержание иска в материалах дела.

Позиция ответчика в материалах дела приводится скупо. Чешская компания отвергла существование каких-либо нарушений, совершенных ею в качестве акционера, и просила отложить рассмотрение спора до момента, когда участие будет возможно "без серьезной угрозы безопасности". Что имелось в виду, не уточняется. Действительно ли представители G.M.Рroject не участвовали в собраниях с 2018 года, не говорится.

Экстраординарный механизм с особым уровнем доказательности

Возможность исключения акционера из непубличного акционерного общества появилась в Гражданском кодексе РФ в 2014 году (абзац четвертый пункта 1 статьи 67) и не так уж часто используется заинтересованными лицами, констатирует советник юридической компании "Пепеляев Групп" Евгений Мушта. При этом законодательство об акционерных обществах не содержит никаких норм и процедурных правил об исключении. "В этой части закон об АО нуждается в дополнении", - пояснил в беседе с "Интерфаксом" руководитель практики коммерческих споров и международного арбитража юрфирмы МЭФ LEGAL Николай Строев.

Для ООО возможность исключения участника существует с 1998 года (статья 10 профильного закона) и в настоящее время широко используется, зачастую как способ разрешения зашедшего в тупик корпоративного конфликта, говорит Мушта. В этой ситуации суды применяют в спорах об исключении акционера из АО нормы закона об ООО по аналогии. "Иного варианта просто не существует на сегодняшний день", - объясняет Строев.

Такой подход применяется, но на уровне Верховного суда РФ он не закреплен, отмечает управляющий юрист корпоративной практики юркомпании CLS Елизавета Двойнишникова. "Мне не встречалась судебная практика, где бы к аналогии закона, когда речь идет об исключении из общества акционера, апеллировал ВС РФ", - заявил в свою очередь "Интерфаксу" Мушта.

В ситуации, когда возможность исключения акционера из непубличного общества появилась относительно недавно, а ВС РФ по этому вопросу не высказывался, устоявшийся подход у судов сложиться не мог. "В целом практики исключения акционеров из акционерного общества мало, - описывает положение вещей Строев из МЭФ LEGAL. - Положительной практики, когда акционер был исключен решением суда из акционерного общества, еще меньше. Практика по такого рода спорам преимущественно отрицательная. Суды неохотно используют этот механизм как экстраординарный по своей природе и последствиям".

Экстраординарность среди прочего предопределяет высокий стандарт доказывания в таких делах - повышенный набор требований к доказательствам, которыми обосновывается необходимость исключения акционера из общества, а также исчерпывающее описание фактических обстоятельств спора. "Истцу необходимо доказать не просто факт корпоративного конфликта или нарушения, а то, что действия акционера делают нормальную деятельность общества невозможной, а иные способы защиты исчерпаны", - говорит Строев.

Экономический ущерб как следствие репутационного

В рассматриваемом споре опрошенные "Интерфаксом" эксперты не видят применения повышенных требований к доказыванию. Вывод о том, что 50% акций "Г.М.Проект-Рус" должны быть изъяты у G.M.Рroject и переданы эмитенту, Арбитражный суд Москвы построил на упоминании угрозы безопасности.

С одной стороны, сделав это, чешская компания "косвенно признала" тот факт, что "в условиях сложившейся международной обстановки (...) не может в настоящее время прямо или косвенно и в каком-либо ином виде осуществлять управление обществом и принимать какие-либо корпоративные решения, о чем в том числе свидетельствует его отсутствие на собраниях акционеров ("санкционный" критерий)". С другой стороны, по мнению суда, слова о "серьезной угрозе безопасности", являются выражением мнения о действиях российских властей, что "наносит прямой репутационный и, как следствие, экономический ущерб АО "Г.М.Проект-Рус".

"Тот факт, что исключенным из акционерного общества акционером является компания из "недружественной" юрисдикции, существенно повлиял на фактические обстоятельства спора и упростил истцам доказывание факта невозможности продолжения деятельности акционерного общества. В процессе рассмотрения спора "недружественный" акционер фактически подтвердил, что не участвует в деятельности акционерного общества из-за антироссийских санкций, что является злоупотреблением", - отмечает Строев из МЭФ LEGAL.

"Мне впервые встречается дело, когда суд фактически "построил обвинение" и исключил акционера из общества, основываясь на факте его регистрации в "недружественной" юрисдикции, - говорит Мушта из "Пепеляев Групп". - Из рассматриваемого решения не ясно, какие конкретно нарушения были допущены исключенным акционером, какие конкретно противоправные действия были им совершены".

По словам эксперта, есть кейсы, когда "недружественная" регистрация используется судами как "аргумент второго-третьего порядка", который дополняет факты причинения вреда или создания препятствий в деятельности, однако суды, как правило, прямо указывают, что сам по себе факт наличия в составе участников общества лица из "недружественного" государства не является безусловным основанием для его исключения в ситуации, когда не имеется свидетельств грубого нарушения корпоративных обязанностей и совершения "каких-либо действий, приведших к невозможности осуществления обществом хозяйственной деятельности либо ее существенному затруднению". "Рассматриваемое же решение выбивается из практики, сводя все основания для исключения акционера к факту его "недружественности", - резюмирует Мушта.

"Сам по себе "недружественный" статус акционера или участника не служит достаточным основанием для исключения. Суды, оценивая такие требования, всегда также применяют общие правовые критерии, не связанные с юрисдикцией", - отмечает Двойнишникова из CLS.

Маловероятный сценарий

"Г.М.Проект-Рус" занимается главным образом проектированием для фармацевтической промышленности, инжинирингом и консультациями. Это небольшая компания, но финансовое положение ее вполне устойчиво, и по отчетности не видно, чтобы ее деятельность в период после 2018 года стала невозможна или существенно затруднена: значимые колебания выручки происходили в обе стороны.

Пункт 1 статьи 67 ГК РФ предусматривает, что исключенному акционеру или участнику общества причитается выплата действительной стоимости его доли. "Тем не менее, практическое применение этой нормы акционерными обществами сопряжено с рядом вопросов. Ключевая проблема заключается в том, что для них действующее законодательство не содержит порядка определения стоимости доли, подлежащей выплате, и не регламентирует сроки такой выплаты", - констатирует Двойнишникова из CLS.

По аналогии с исключением участника из ООО акционер вправе потребовать, чтобы компенсация за потерянные акции была рассчитана исходя из стоимости чистых активов пропорционально его доле, говорит Мушта из "Пепеляев Групп".

"С учетом формирующейся судебной практики (например, дело по иску Екатерины Яремы и Кристины Лазариди к ООО "Диалог) для такой операции потребуется разрешение правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в РФ, - отмечает Двойнишникова. - На практике реализация сценария, при котором акционер из "недружественной" страны будет обращаться за разрешением и получит положительное решение, представляется маловероятным".

Мушта считает, что для G.M.Рroject уместней будет апеллировать к статьям 75 и 76 закона об АО, которые регулируют вопросы выкупа акций обществом по требованию акционера (осуществляется по цене, определенной советом директоров, но не ниже рыночной стоимости акций). "Исключенный акционер должен заявить соответствующее требование, а общество в свою очередь должно произвести выплату в установленные законом сроки. Для совершения таких сделок разрешения правкомиссии не требуется. Однако, поскольку в данном случае речь идет о расчетах с лицом, инкорпорированным в "недружественной" юрисдикции, они должны осуществляться с учетом ограничений, предусмотренных указом президента РФ № 95 от 5 марта 2022 года", - сказал Мушта "Интерфаксу".