Китай в первом квартале этого года импортировал из РФ 274,5 тыс. тонн рыбы, что на 32,9% больше, чем за аналогичный период прошлого года, сообщает Всероссийская ассоциация рыбопромышленников со ссылкой на данные таможенной статистики КНР.

В стоимостном выражении закупки выросли на 28,4%, до $676,7 млн.

В то же время экспорт в республику Корея, которая в период китайского локдауна стала транзитным хабом для российской рыбной продукции, сократился: в натуральном выражении - на 22,1%, до 111,6 тыс. тонн, в стоимостном - на 13%, до $312,6 млн.

"Снижение экспорта в республику Корея обусловлено сокращением поставок мороженой рыбы, прежде всего минтая. В то же время именно за счет минтая увеличились поставки в КНР. Причем разрыв в обоих случаях практически соразмерный. Это говорит о том, что мы возвращаемся к допандемийной логистике экспорта в страны Азии, и та продукция, которая ранее шла в Китай через Корею, теперь идет напрямую", - заявил президент ВАРПЭ Герман Зверев, процитированный в сообщении.

По его словам, укрепился и другой тренд - снижение стоимости определенных категорий российской рыбопродукции на основных рынках сбыта, в первую очередь китайском. Так, при росте поставок мороженой рыбы на 34,2% (до 261,4 тыс. тонн) их стоимость выросла на 29,3% ($417,3 млн). Более сложная ситуация с филе, включая фарш: при росте поставок на 11,5% (до 3 тыс. тонн) его стоимость снизилась на 15,7% (до $7 млн). Аналогичная ситуация в секторе ракообразных: при практически двукратном росте экспорта (до 8,6 тыс. тонн) стоимость выросла на 39%, до $243 млн.

"В первом квартале отгрузки идут, как правило, по контрактам минувшего года. При этом очевидно, что исторически успешные экспортные категории, к примеру, мороженая рыба, ракообразные и филе, по-прежнему, как и в 2022 году, демонстрируют отрицательную динамику финансовой эффективности на китайском рынке", - отметил Зверев.

По его мнению, необходимо реагировать на меняющуюся конъюнктуру, предлагая дистрибьюторам и переработчикам Китая нестандартные решения, и активно искать альтернативные рынки сбыта для снижения риска "диктата покупателя" со стороны китайских импортеров и, как следствие, ухудшения переговорных позиций российских поставщиков.